Апелляционна жалоба по уголовному делу по части 3 ст. 162 УК РФ (разбойное нападение)

 

 Адвокатская Палата Московской области

Московская коллегия адвокатов «Международный правозащитный центр «Принципиальная позиция»

                                            адвокат Кузнецов Сергей Николаевич

Телефон 8(495)727-51-19, моб. т. 8(926)279-22-67 119048, г. Москва, ул. Усачева, д. 35, стр. 1, офис 1321advokat07ru@yandex.ru      www.advokat07.ru     www.mkapp.ru

 ____________________________________________________________________________________

 

В Судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда

От адвоката Кузнецова Сергея Николаевича в интересах осужденного Мусова Александра Валерьевича (часть 3 статьи 162 УК РФ)

Уголовное дело № 01-0——/2019

АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА

На приговор Таганского районного суда г. Москвы от 17 августа 2019 года

 

Приговором Таганского районного суда г. Москвы от 17 августа 2019 года Мусов А.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 162 УК РФ и в отношении него назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет.

В обосновании приговора суд первой инстанции указал, что считает, что Мусов А.В. совершил разбой, с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище. В приговоре суд указал, что при открытом хищении имущества использовался в качестве оружия нож, о котором подробно в своих показаниях пояснила потерпевшая Мудевич, указанный нож одним из обвиняемых- Мусовым К.В. использовался для психического воздействия на потерпевших, которые реально опасалась за свою жизнь.

Суд не согласился с мнением защиты о том, что не имелся такой квалифицирующий признак- как незаконное проникновение в жилище, так как по мнению суда между подсудимыми имелся предварительный сговор, направленный на хищение имущества потерпевших проживающих в квартире, при этом, если подсудимые Мусов К.В. и Бурашкнцев зашли в квартиру, как клиенты для оказания им услуг, то Мусова А.В. и Кадатеева никто не приглашал и разрешения на вход в квартиру потерпевшие не давали. Вхождение в квартиру Мусова А.В., Бурашкнцева направлено на облегчение незаконного проникновения в квартиру других соучастников- Мусова А.В., Кадатеева. Суд первой инстанции считает, что умысел на хищение у подсудимых возник до проникновения в квартиру, они заранее распределили свои роли, приготовили предмет, похожий на оружие. Суд указывает на то, что квартира по жилищному законодательству является жилым помещением, входит в жилищный фонд и предназначено для временного или постоянного проживания.

Суд указывает на то, что в судебном заседании нашло подтверждение хищение денежных средств в размере, которое вменяется подсудимым, при этом вывод основывает на показаниях самих потерпевших.

Суд считает, что несмотря на то обстоятельство, что предмет, используемый в качестве оружия применен только одним из подсудимых- Мусовым К.В., который по мнению суда, кроме ножа, применил насилие, которое судом расценивается как опасное для жизни или здоровья, присутствует предварительный сговор между всеми подсудимыми, умыслом, которых охватывались указанные действия Мусова К.В. Делая такой вывод суд указывает на то, что  насилие, как и предмет, используемый в качестве оружия применялись в присутствии других подсудимых, которые не остановили Мусова К.В., не покинули место преступления, а продолжили осуществлять свои действия.

С указанными доводами суда первой инстанции согласиться нельзя. Считаю указанный приговор суда подлежит отмене в силу его необоснованности, незаконности, неправильного применения норм материального права по следующим основаниям.

Считаю, что в действиях Мусова А.В. отсутствует такой признак инкриминируемого ему преступления, как незаконное проникновение в жилище. Несмотря на то, что квартира отнесена к жилому фонду и ее целевое предназначение- временное или постоянное проживание, она не является жилым помещением в рамках рассматриваемого дела, в связи с тем, что девушки (потерпевшие) в нем не проживали, не использовали его по прямому назначению, а осуществляли по сути оказание услуг (работали), находящихся вне правового поля,  как минимум совершали административные правонарушения, так как оказывали услуги сексуального характера за денежное вознаграждение.  Об указанном свидетельствует внешний вид, в котором обвиняемых встретила одна из девушек- на ней присутствовало только нижнее белье и ее разъяснение причины такого внешнего вида, как- приходится работать с маслом- не поддается никакой логике. Все массажисты, подобно врачам, работают в медицинских халатах, что предусмотрено санитарными нормами. Указывая на то, что потерпевшие являются профессиональными массажистками, ими не были представлены соответствующие документы- о прохождении соответствующего обучения. В квартире отсутствовало оборудование (в частности массажные столы) для оказания услуг в области оздоровительного массажа. Более того, по показаниям потерпевших, в этой квартире ранее снимавшим ее лицом, установлены камеры видеонаблюдения. Указанные камеры являлись работающими и вели запись в круглосуточном режиме,  имели удаленный сервер для записи. Все это потерпевшие знали и это их не смущало. Наблюдение посторонних лиц за жизнью девушек в квартире, в круглосуточном режиме, видеозапись всего происходящего, явно противоречит здоровой логике показаний потерпевших, что указанный факт их устраивал. Наличие видеозаписи в квартире свидетельствует только о том, что в квартире оказывались именно услуги сексуального характера (об этом же свидетельствует время, в которое потерпевшие собирались оказывать услуги), сами потерпевшие в ней не проживали, а приезжали только для оказания указанных услуг, в качестве места жительства (временного, постоянного) указанное жилое помещение не использовали. Об этом же свидетельствует отсутствие в уголовном деле договора найма указанной квартиры.

Подсудимому Мусову А.В., как и другим подсудимым по настоящему уголовному делу инкриминируется хищение денежных средств в размере 200 000 рублей. Указанный размер похищенных денежных средств подсудимые категорически отрицают.

Считаю, что в ходе рассмотрения указанного уголовного дела не доказан факт хищения денежной суммы в размере, инкриминируемого подсудимым. Так, в ходе следствия и в судебном заседании потерпевшими указано, что денежная сумма в размере 125000 рублей являлись оплатой за аренду квартиры за три месяца (по 60000 рублей каждой потерпевшей и 5000 рублей оплата коммунальных платежей), а сумма в размере 40 000 рублей являлись денежными средствами самой потерпевшей Хайбуллиной. Вместе с тем договор найма (аренды) жилого помещения, в котором бы имелась цена договора, в уголовном деле отсутствует, лицо, с которым заключен договор аренды квартиры или ее собственник не допрошен. Таким образом подтвердить указанные потерпевшими факты относительно цены аренды никто не может.  Официальной работы и официального заработка потерпевшие не имели, как не имели банковского счета и иных документов (перевод денег), которыми могли подтвердить у них наличие и принадлежность указанных денежных сумм. То есть, вмененная подсудимым денежная сумма, кроме показаний самих потерпевших, заинтересованных по сути во взыскании с подсудимых указанных денежных средств, ничем более не подтверждена, а сами подсудимые категорически с ней (в суммой) не согласны.

Из инкриминируемого Мусову А.В. обвинения должен быть исключен такой квалифицирующий признак, применение насилия опасного для жизни или здоровья. Так из описательной части обвинения, которое имеется в обжалуемом приговоре суда, следует, что насилие, которое применено к потерпевшим со стороны Мусова К.В. расценивается судом, как опасное для жизни или здоровья на том основании, поскольку могло последовать применение ножа. А само по себе указанное насилие опасным для жизни и здоровья не является. Так в приговоре суда указано следующее: «…более двух раз ударил рукой Мудевич О.В. по лицу, тем самым применив насилие опасное для жизни или здоровья в отношении Мудевич О.В., поскольку при данных обстоятельствах у потерпевшей имелись основания опасаться за свою жизнь или здоровье, так как применение ножа, могло повлечь повреждение жизненно важных органов, либо утрату ими своих функций, после чего открыто…» и «…нанес Хайбулиной Т.А. ногой два удара в область туловища, тем самым применив насилие опасное для жизни или здоровья в отношении Хайбуллиной Т.А., поскольку при данных обстоятельствах у потерпевшей имелись основания опасаться за свою жизнь и здоровье, так как применение ножа могло повлечь повреждение жизненно важных органов, либо утрату ими своих функций…».

Считаю, что насилие, которое применено в отношении потерпевших нельзя считать опасным для жизни или здоровья, так как оно не причинило вреда здоровью потерпевших, никаких телесных повреждений у потерпевших не имелось (никакими документальными данными наличие повреждений не подтверждено), что свидетельствует о минимуме, приложенной к ним силе, что подтверждает показания подсудимого Мусова К.В. (удары наносил ладошкой). Удары ладошкой по лицу, удары ногой по туловищу без относительно конкретного места удара нельзя расценивать, как удары в жизненно важные органы.

Нельзя расценивать, находящийся, зажатый в руке Мусова К.В. предмет- как предмет используемый в качестве оружия, так как указанный предмет не имел никаких частей, которыми возможно было причинить телесное повреждение. Считаю, что нельзя таковым считать и раскладной нож зажатый в руке, лезвие которого не раскрыто. Из показаний потерпевшей Мудевич следует, что в руке Мусова К.В. находился предмет похожий на раскладной нож, лезвия у ножа не было и она предположила, что он (нож) находится закрытом состоянии.

Эксцесс исполнителя. Умыслом подсудимого Мусова А.В. не охватывалось применение насилия в отношении потерпевших, а также применение при хищении в качестве оружия ножа или иного предмета.

Об указанном свидетельствует и само обвинение, предъявленное Мусову А.В. в период предварительного следствия и его роль указанная в обвинительной части приговора суда. Так, суд, в обжалуемом приговоре указал, что преступный умысел всех фигурантов, в том числе Мусова А.В. направлен на разбойное нападение. При этом не указывается, что его умыслом охватывалось применение насилия опасного для жизни или здоровья, а также применение предметов, используемых в качестве оружия. Более того, в этой же части приговора указано, что согласно распределенным ролям, Мусов А.В. вместе с Кадатеевым должен наблюдать за обстановкой на лестничной площадке, а Мусов К.В. и Бурашкнцев совершить открытое хищение чужого имущества. То есть, вновь ничего не говорится о применении Мусовым К.В. насилия опасного для жизни или здоровья, или предметов, используемых в качестве оружия.

Доводы суда о том, что Мусов А.В. присутствовал при применении его братом Мусовым К.В. предмета похожего на нож, не предпринял мер для предотвращения применения последним насилия и предмета, похожего на нож, не покинул место совершения преступления- опровергаются показаниями потерпевших, допрошенных в судебном заседании. Так, согласно показаний потерпевшей Мудевич, данных ею в судебном заседании 13 ноября 2018 года и оглашенных в настоящем судебном заседании, следует следующее. На вопрос председательствующего потерпевшая Мудевич ответила:

— когда он (Кирилл) завел ребят в квартиру, не наносил мне удары.

На дополнительный вопрос председательствующего: Я Вас правильно поняла, что нанесение Вам телесных повреждений в коридоре и на кухне Мусовым К.В. происходило в отсутствии всех остальных, последовал ответ потерпевшей Мудевич:

— да, в отсутствие ребят.

При этом сам Мусов А.В. никакого насилия к потерпевшим не применял. В своих показаниях пояснил, что не видел в руке своего брата Мусова К.В. предмета, похожего на нож, не видел, чтобы он применял насилие в отношении потерпевших. Сами потерпевшие не свидетельствовали, что иные фигуранты дела видели действия Мусова К.В. Показания Мусова А.В. подтверждаются показаниями потерпевшей Мудевич и в той части, которыми она свидетельствует, что в руке Мусова К.В. была зажата лишь рукоятка предмета похожего на нож, лезвия не было, а значит Мусов А.В. мог и не видеть данного предмета.

Таким образом из обвинения Мусова А.В. подлежит исключению квалифицирующий признак как применение предмета, используемого в качестве оружия.

Считаю, что из числа доказательств исключению подлежит протокол опознания потерпевшими подсудимого Мусова А.В. (на тот момент подозреваемого).

Исходя из смыла статьи 193 УПК РФ опознание Мусова А.В. должно производиться в таком состоянии, в каком потерпевшие видели одного из участников преступления и для опознания по тем признакам, по которым они могли его опознать. Из показаний потерпевших, самих фигурантов уголовного дела следовало, что Мусова А.В. потерпевшие видели, когда на нем была маска, видны были только глаза, по которым они и намеревались его опознать. Соответственно опознание должно было проводиться именно по этой части лица, то есть Мусов А.В. и другие лица (статисты) должны были находится в масках на лице, открытыми должны были оставаться только глаза. Опознание при иных обстоятельствах свидетельствует о том, что у следствия имелись сомнения в опознании Мусова А.В., его лицо было показано заранее потерпевшей, по которому и проводили опознание.

Таким образом при проведении опознания следователем не соблюдены условия, при которых оно должно проводиться и его результаты ставятся мною под сомнение, которые однозначно должны быть использованы в пользу подсудимого Мусова А.В.

Более того, на момент проведения указанного опознания Мусов А.В. фактически являлся подозреваемым по уголовному делу в соответствии со ст. 91 УПК РФ, и как минимум он имел право знать о своих правах, в том числе о праве на защиту путем приглашения или назначения ему защитника. Однако указанная обязанность следователем выполнена не была, защитник при опознании не участвовал, что привело к нарушению прав Мусова А.В., в том числе к указанному выше нарушению.

В качестве смягчающих обстоятельств считаю необходим учесть хорошую характеристику в отношении Мусова А.В. с места прохождения срочной службы по призыву и последнего места работы (работал с июня 2016 года по август 2017 года курьером в ООО «ХИЛДОМ МСВ» с окладом 20000 рублей).

На основании изложенного, прошу:

Приговор Таганского районного суда г. Москвы от 17 июня 2019 года, которым  Мусов Александр Валерьевич признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 162 УК РФ и в отношении него  назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет- изменить в части квалификации содеянного с части 3 статьи 162 УК РФ на соответствующую часть статьи 161 УК РФ.

ПРИЛОЖЕНИЕ: копия характеристики на Мусова А.В. с места срочной службы по призыву; копия характеристики с работы.

Адвокат                                                        _____________( С.Н. Кузнецов)

14 августа 2019 года

Понравилась статья? Поделить с друзьями: